Я, признаться честно, женщина весьма и весьма феминистического настроя. Я, правда, порой сомневаюсь в силе своих феминистических настроений, но, скорее всего, корень этих сомнений кроется там же, где и у большинства женщин, да и мужчин, пожалуй, тоже – в тяготении к удобству, а посему и приверженности лишь той части идеи, или, если хотите, учения, которая максимально выгодна и удобна в настоящий момент. /Мне иногда кажется, что миссия моего повествования заключается в том, чтобы использовать в одном предложении максимальное количество слов =)/. Ну так вот, говоря проще, избирательность феминистической позиции заключается в желании наравне с мужчинами носить брюки и
писать стоя водить автомобиль, сохраняя при этом право не носить тяжести, не открывать самостоятельно двери, не оплачивать счета в ресторане (по крайней мере, на первом свидании) и вообще, воспользовавшись фразой «ну я же девочка!», получить какие угодно привилегии перед мужчиной.
Так вот, не смотря на мою такую вот «до мозга костей» феминизированность, я, при наличии, разумеется, весомых аргументов и мотиваций у оппонента, могу согласиться с мыслью, что мужчина в половой иерархии занимает главенствующую позицию. И, в принципе, понятно любому мыслящему, что дело здесь вовсе не в аргументации и мотивации суждений оппонента, а во внутренней убежденности человека, соглашающегося с суждением. Как известно, у каждого своя карта, лишь ему одному доступная и изменить чужую карту невозможно. То есть, в глубине души, (где-то очень глубоко, разумеется), я без боя сдала пальму первенства мальчикам и лишь что бы не пасть от рук сестёр по половой принадлежности, напоказ демонстрирую приверженность идее за межполовую свободу, равенство и братство.
Так это или так лишь отчасти – тема для размышлений, но с уверенностью можно сказать, что встречаются такие мужчины, глядя на которых всё моё существо в мгновение ока заявляет о своей безоговорочной капитуляции и добровольном отказе от права на равенство и свободу, оставляя лишь призрачную надежду на братство с сильным полом, и ту, очевидно-несбыточную. Да даже, не так, никакой капитуляции не происходит, ибо, глядя на подобного рода мужчин, никаких иллюзий на тему равенства даже не возникает.
Они похожи на пожилых итальянских мафиози. Эдакие сицилийские отцы клана с низким голосом и суровым лицом человека, знающего жизнь.
Не так давно я была свидетельницей разговора одного взрослого уважаемого мужчины, занимающего весьма прочное положение в обществе, с одним из таких «патриархов». Уж не знаю, чем патриарх занимается в жизни, и что дало ему возможность держаться со столь уверенным и естественным превосходством, но уважаемый мужчина выглядел при этом разговоре, словно юный пионер, внимающий напутствиям деда-ветерана. И дело не в том, что патриарх нарочито подавлял уважаемого мужчину, поучая его, раздавая советы и демонстрируя свое превосходство. Наоборот, он держался нейтрально, без демонстрации умудренности собственным жизненным опытом, напутствий в жизнь и нравоучений; шутил, даже добродушно смеялся низким глубоким смехом. Он был невысокого роста, одет без претензии, седой с загорелым мужественным лицом. Говорил он не громко, но что-то, то ли в интонации и тембре голоса, то ли в нем самом, его какой-то внутренней самобытности, заставляло слушать его голос внимательно, не перебивая, проникаясь уважением к его мысли и к нему самому, как-будто перед тобой стоит шаолиньский учитель, одним только видом своим внушающий покорность и преклонение. Уважаемый мужчина при этом на фоне патриарха выглядел не таким уже уважаемым и даже в какой-то степени заискивающим, что еще больше снижало его статусность и значительность. Если же в поле зрения появлялась хорошенькая молодая женщина, тем или иным образом имеющая отношение к уважаемому мужчине, патриарх осматривал женские округлости, как владелец обширной конюшни осматривает породистую лошадь, достойную представительницу высокого класса, не представляющую, тем не менее, уже ровным счетом никакого интереса. Потому что уже ни к чему. Всё есть. Всё было. С выступающих частей женщины патриарх бросал хитрый понимающий взгляд в лицо уважаемого мужчины. Мужчина смущался. Сцена эта длилась всего несколько секунд, уловить её возможно было не сразу и легко было и вовсе не уловить, если не вглядываться в происходящее специально. Но, если копнуть по-глубже, становится очевидно, что если даже уважаемый мужчина в этом оркестре играет не первую скрипку, а в какой-то момент готов и вовсе бросить свои инструменты и начать старательно отплясывать под дудочку патриарха, то женщине отводится и подавно статистическая фоновая роль. Очевидно, что в патриархальном мужском магазине приобрести женщину можно где-то в отделе «сопутствующие товары».
Я не особо знакома с восточной традицией, но, мне кажется, восточное отношение к женщине соответствует подобному описанию. В женщине ценится красота, забота и ласка, безгранично уважается мать, но за ней не признается право принимать жизненно-важные решения, и право на самоопределение, стало быть, также отсутствует. То есть закрепляется обслуживающая и, несомненно, архи-важная, но все же сопутствующая, репродуктивная функция.
Обидна ли для меня, как для женщины, такая постановка вопроса? А именно в том и заключается естественность этой патриархальности, что такой вопрос не ставится вовсе. Его абсурдность настолько же очевидна, насколько очевидна абсурдность вопроса «обидно ли быть женщиной?». Да, в этой истории женщине отводится фоновая роль, но искусство быть женщиной и заключается как раз в том, что бы быть идеальным фоном для своего патриархального мужчины. И тогда фон становится не менее важной частью экспозиции, наравне с основной её темой. Просто у каждого элемента своя функция. А основная она или же вспомогательная не так уж и важно, при восприятии полной картины.
Возможно, кому-то из представительниц прекрасного пола, мысль моя покажется оскорбительной. А мне приятно думать об этом. И, чем чаще я вглядываюсь в сегодняшних мужчин, тем приятнее мне смотреть на этот редкий, вымирающих вид патриархов. Тем приятнее мне представлять себя на ведомых позициях, укладывая свой крепкий ментальный
хуй член в рамки теории подчинения, собственной вторичности и деепричасности, роли важной, существенной, но как ни крути, не обязательной..
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
вернулась
tired
happy
гуд
никакое